Стол во время чумы

Во время пандемии коронавируса людям рекомендуется соблюдать социальную дистанцию. Это значит, что в общественных местах каждый человек должен держаться на расстоянии около 2 метров от всех остальных.

Это правило важно соблюдать для снижения количества заражений, потому что болезнь передается по воздуху и телесные контакты. Как мы знаем, в истории человечества происходили вспышки множества смертельных заболеваний.

Например, с 1346 по 1351 годы в Европе распространилась чума, которая стала причиной смерти около 60% населения. Люди прекрасно знали, что болезнь очень заразная.

В связи с этим возникает вопрос — соблюдалась ли в те времена социальная дистанция, или люди додумались до этого только недавно? Ответ на этот вопрос дал Джеймс Хэнкинс (James Hankins) из издания Quillette.

Стол во время чумы

Так выглядели защитные костюмы врачей времен эпидемии чумы

Quillette — это онлайн журнал, который был основан австралийской писательницей Клэр Леманн (Claire Lehmann). В ней публикуются статьи на тему науки, технологий и культуры. Он получил много положительных отзывов от таких ученых, как эволюционный биолог Ричард Доукинс, психолог Джордан Питерсон и так далее.

Опасность чумы

Некоторые люди сравнивают пандемию коронавируса с эпидемией чумы. Но, по данным издания Quillette, масштабы этих событий несравнимы. Наиболее подробно о последствиях эпидемии чумы написал итальянский писатель Джованни Боккаччо.

В одном из своих произведений он упомянул, что за четыре месяца от чумы умерло около 100 000 человек. Боккаччо писал, что каждое утро из городов вывозили десятки мертвых тел — сначала в церковь, а потом на кладбище.

По мере роста количества больных, умерших начали просто возить на места захоронений и закапывали без религиозных обрядов.

Стол во время чумы

Картина Питера Брейгеля Старшего «Триумф Смерти»

Главным симптомом заражения чумой считалось возникновение на теле бубонов. Так назывались места воспаления лимфатических узлов. Иногда размеры опухолей были сравнимы с яблоками. Также у зараженных чернела кожа и они испытывали ужасные боли. Дыхание больных чумой людей имело гнилостный запах.

Попытки излечить чуму предпринимали чумные доктора в защитных костюмах. Они облачались в длинные плащи, шляпы для укрытия волос, очки и маску в виде длинного клюва. Внутри этого клюва находилась ткань, пропитанная лекарственными средствами.

Таким образом чумные доктора пытались защитить себя от возможного заражения.

Как чтение новостей о конце света влияет на здоровье?

Социальная дистанция в Средневековье

Как видно, чума была просто ужасной болезнью. Поэтому социальная дистанция в те времена существовала. Причем ограждение себя от людей не было рекомендацией со стороны властей. Некоторые люди сами прекращали контактировать с окружающими.

Дело доходило до того, что даже родители бросали своих заболевших детей. Были и такие, кто запасались едой, запирались у себя дома и даже слышать не хотели обо всех ужасах, которые творятся за стенами.

На самом деле, это очень похоже на времена, когда люди начали массово запасаться гречкой и туалетной бумагой, чтобы уйти в самоизоляцию.

Стол во время чумы

Во времена первой волны коронавируса полки многих магазинов выглядели так

Представители бедных слоев населения, некоторым из которых не были чужды преступления, забирались в дома умерших от чумы людей и выносили оттуда еду и деньги. При этом они не боялись заразиться, но в итоге их жадность становилась причиной заражения и они, в конечном итоге, умирали.

Интересный факт: после эпидемии чумы возросло количество богатых людей. Кто-то получил наследство от умерших родственников, а кто-то нажил себе богатство, совершая грабежи.

Меры безопасности во время чумы

Важно отметить, что эпидемии бубонной чумы происходили как минимум 17 раз. Последняя из крупных произошла в 1664 году. После осознания того, что эпидемии время от времени все равно будут возникать, власти стран начали активно следить за вспышками.

Во времена вспышек выезд из городов был запрещен, чтобы болезнь не распространилась и по другим населенным пунктам. Некоторые люди покупали дома за городом, чтобы при возникновении слухов о новой вспышке переждать опасные времена в безопасном месте.

То есть, во времена чумы существовала не только социальная дистанция, но и режим самоизоляции.

Вспышки бубонной чумы происходят и в современном мире. В конце 2020 года страшной болезнью заразились два человека. Подробнее об этом можно почитать тут.

Тем не менее, сравнивать пандемию коронавируса с эпидемией чумы не совсем верно. Смертность этих двух вспышек опасных болезней несравнима — чума унесла гораздо больше жизней.

К большому счастью, сегодня медицина развита гораздо лучше и многие люди понимают важность соблюдения правил безопасности. Подробнее о том, насколько ужасной была эпидемия бубонной чумы можно почитать в статье моей коллеги Любви Соковиковой.

Она рассказала, из-за чего возникает болезнь, как возникают вспышки заболевания и поделилась другой интересной информацией. Рекомендую к прочтению прямо сейчас!

Какой была жизнь средневекового человека во времена чумы

Одна из самых серьёзных эпидемий в истории — «чёрная смерть» — унесла жизни, по разным оценкам, от 30 до 60 % населения Европы и кардинально повлияла на ход истории. Когда говорят об эпидемии чумы, обычно рассказывают только о трупах на улицах, запустении и прочих страшных вещах в общих чертах.

Но каково жилось обычному человеку в XIV веке? Что для него было обыденностью в те непростые для человечества времена?

Подобно тому, как во время пандемии коронавируса люди сторонились друг друга, во времена «чёрной смерти» люди были максимально осторожны. Проснувшись, человек смотрел в окно и только тогда решал, стоит ли выходить из дома прямо сейчас. Чаще всего за окном можно было увидеть телеги, увозящие трупы, или услышать стенания плакальщиц по умершим.

В моде были цветы

Точнее, они использовались для защиты от чумы, так как люди думали, что болезни распространялись по ветру неприятными запахами, миазмами. А раз так, то приятный запах цветов будет своеобразным щитом, в том числе и от чумы.

Именно поэтому в домах всех людей — от бедных крестьян до зажиточных лордов — обязательно были достаточно ароматные букеты цветов, а на одежде многих был прикреплён небольшой цветок (либо его несли в руках и периодически нюхали).

Многие шли в могильщики

На пике «чёрной смерти» экономика практически остановилась, и городское население стремительно нищало, не имея возможности заработать даже на еду. Поэтому многие люди, особенно в богатых городах, способных оплачивать услуги наёмных работников, шли в могильщики. Но это были не те захоронения, что производятся сегодня, а грубое сбрасывание тел в братские могилы.

Скорее всего, окажись ты в том времени, тебе пришлось бы ездить по улицам с тачкой, собирать тела умерших и отвозить в специально отведённые для них места. Тел было так много, что ты, скорее всего, получил бы профдеформацию уже через несколько дней и стал бы относиться к смерти как к обыденности.

Стол во время чумы

В наше время чумные доктора стали своеобразным брендом. Их маски, одеяния, загадочность — всё это влечёт многих поклонников Средневековья. И хотя обычно их изображают одинокими молчаливыми фигурами, во времена «чёрной смерти» чумные доктора создавали небольшие отряды, которые могли быстро реагировать на очередной очаг заражения.

Увы, но культовая маска не спасала от чумы, и врачи умирали так же, как и их пациенты. В клюве чаще всего располагались цветы, парфюм или другие хорошо пахнущие вещи, которые, как мы уже сказали ранее, считались барьерами от всех болезней.

Ходя по городу, ты мог наткнуться на чумного доктора, и это был один из самых больших страхов того времени. Врачи достаточно легко определяли даже ранние симптомы чумы и могли внезапно ошарашить человека недоброй новостью.

Ужасный 2020-й и ещё 7 худших годов в истории человечества

Читайте также:  Кварцевый обогреватель (батарея с песком внутри): плюсы и минусы для дома

Ежедневные проверки тела

Если кто-то считает, что во времена Средневековья люди стыдились своих тел и старались не смотреть на них, особенно на интимные части, он ошибается. Когда люди возвращались с улицы, они просили членов своей семьи или знакомых осмотреть их тело на предмет бубонов — чёрных опухолей в подмышках и паху. Их отсутствие давало надежду, ведь ты в очередной раз обманул смерть.

Ежедневные проверки астрономических событий

После тщательной проверки тела на наличие бубонов следовало обратиться к «науке» — астрологии. В те времена считалось, что чуму вызвали неблагоприятные астрологические события. Так, например, на полном серьёзе медицинский факультет Парижского университета официальной причиной возникновения «чёрной смерти» назвал тройное соединение Марса, Юпитера и Сатурна в 40-м градусе Водолея, произошедшее в 1345 году.

Все, от крестьян до королей, следили за небом и событиями на нём. Пролетела комета — готовься к смерти и потрясениям. Астролог сказал, что Сатурн сейчас в благоприятном расположении? Ура, можно пожить ещё неделю до следующего знамения.

Люди молились в церквях без священников

Единственным средством от чумы, помимо цветов, был молитва, в коей большинство людей того времени проводило почти всё своё свободное время. Церкви набивались до отказа, но священнослужителей там не было. Почему? Они либо сбежали, так как, будучи более грамотными, понимали, что пахнет жареным, либо погибали из-за постоянного нахождения в ограниченном пространстве и контакта с паствой.

Многие присоединялись к флагеллантам

Флагеллантство — это течение, которое возникло в XIII веке. В нём практиковалось самобичевание в знак всеобщего покаяния.

Когда люди чувствовали симптомы чумы, особенно лёгочной, они, несмотря на свое происхождение и физическое состояние, нередко присоединялись к массовым шествиям на городских площадях.

Взяв в руки плётку с шипами, они начинали избивать себя, при этом читая молитвы покаяния. Часто такой обряд заканчивался медленной и мучительной смертью от болевого шока и большой кровопотери.

Стол во время чумы

Гедонизм — учение, согласно которому удовольствие является высшим благом и смыслом жизни. Все, от самых нищих до богатейших купцов, часто выбирали этот путь. И действительно, зачем эти страдания и опасения, когда не знаешь, что будет завтра? Обычные люди совершенно перестали планировать что-либо наперёд и думать о последствиях, из-за чего общество стало ближе к хаосу и анархии.

10 полезных привычек, которые привила нам пандемия

«Пир во время чумы». Загадка № 1

«Пир во время чумы», а в более широком смысле – возможность радоваться жизни на фоне всеобщего несчастья, – тема сложная. Как в реальной жизни, так и в художественной литературе, в искусстве в целом.

Допустима ли ирония в описании/изображении общей беды? Что есть веселье во дни мора – пренебрежение законами этики, проявление бессердечности или воспевание Человека, освободившегося от страха пред смертью?

Когда-то и Вильсон, и Пушкин размышляли об этом в своих трагедиях, не находя однозначного ответа. Упрек, собственно, мог быть одним: «когда говорят пушки, музы молчат». Да и без пушек – там, где витает призрак смерти, нет места для изящного рассказа и фривольной игры.

Так ли это? И как быть с неистовой верой в человека, способного победить веселостью нрава самое страшное зло и напасти?

Весь опыт, накопленный человечеством за время, проведенное в тюрьмах, в лагерях смерти, на полях сражений, во дни депрессий и на больничных койках, в состоянии одиночества, тоски или беспомощной старости, весь этот горький опыт свидетельствует: там, где человек не теряет человеческое достоинство, сохраняет интерес к жизни, тягу к знаниям и способность воспринимать красоту, там и смерть отступает, посрамленная. Примеров множество, вспомним хотя бы Арта Шпигельмана с его комиксами «Маус» или Роберто Бениньи с фильмом «Жизнь прекрасна».

Одна из знаковых книг мировой литературы, «Десятиднев» или «Декамерон» Джованни Боккаччо, была написана в середине XIV века, вскоре после пандемии чумы, получившей название «Черной смерти», зародившейся в Азии и в 1346-1348 годах бушевавшей в Европе, где её жертвами стали 25 миллионов человек.

Стол во время чумы

В каждый из десяти дней затворничества компания выбирала «правителя», устанавливавшего порядок и назначавшего тему для рассказов. Десять участников, стало быть, по десять историй в день на заданную тему. Заданную для всех, кроме Дионео, получившего привилегию рассказывать свою историю последним и карт-бланш на тему.

Разнообразие – король любой игры.

Рассказывать истории в замкнутом пространстве друг другу или одному слушателю по сериям, вечерами или днем – традиция известная. Вспомним «Тысячу и одну ночь».


В этом средневековом памятнике персидской литературы на протяжении 1001 ночи, а точнее, 999 ночей, умная дочь визиря нашептывает царю Шахрияру сказки, обрывая рассказ ранним утром «на самом интересном месте».

Принцип нанизывания притч был популярен и в европейской средневековой новеллистической литературе, литературе городского анекдота. Так что, кажется, в творении Боккаччо нет ничего удивительного или, пользуясь современной терминологией, новаторского.

  

Но удивительное-новаторское было, и заключалось оно в том, что события этого эстетского лектория представлены на фоне смертоносного пространства, в мрачной атмосфере одной из самых страшных пандемий человечества.

Пестрые, радостные, порой чуть непристойные истории находились в резком контрасте с обрамлявшей их траурной рамой.

Как в свое время перевел на русский с латыни Н. М. Карамзин, «ничто не ново под луною». Когда-то уже была и страшная «юстинианова чума», и не менее страшная «бубонная», были эпидемии холеры, испанки, черной оспы, малярии. Люди переживали все эти напасти и рассказали нам о них и о своем им противостоянии. 

Стол во время чумы

Через неделю после заданной загадки мы будем объяснять разгадку и называть самого успешного игрока. Сколько таких партий мы успеем сыграть, неизвестно, ведь неизвестно, сколько продлится карантин. Но не будем терять времени! Итак, загадка № 1 – какой художник «зашифрован» на первой картинке? Время пошло! 

Что ели европейцы во время эпидемии чумы в Средние века

Когда «черная смерть» поразила Европу в 14 веке, людям было не до диет. Меньше всего они думали про еду. В средневековой Англии врачи вообще считали, что свежие овощи и фрукты делают людей больными.

Самыми полезными считались вареное мясо (как можно больше), уксус, вареные овощи и фрукты. После эпидемии чумы европейцы еще три столетия умирали от болезней, связанных с неправильным употреблением пищи.

Последствия чумы повлияли на средневековую культуру питания и на то, как мы живем сейчас.

Жизнь во время эпидемий уныла. Это мы теперь знаем точно. В то время у европейца , даже если он просыпался утром здоровым, не было гарантии, что он доживет до наступления темноты. Неудивительно, что вино и пиво были невероятно популярны. Врачи считали, что спасение от чумы крылось в миндальном или прокисшем молоке, съеденных трех фунтах зерна каждый день и мясе павлина.

Впрочем, посмотрим поподробнее.

Уксус

Европейцы верили, что уксус был панацеей, чтобы предотвратить симптомы чумы. Врачи использовали его как лекарство или зелье, его часто рекомендовали в качестве добавки к другим продуктам питания или напиткам. Уксус использовался в самых разнообразных блюдах — при приготовлении овощей, фруктов, супов и молочных яств. Люди также верили, что добавление уксуса в воду и вино придаст напитку лекарственные свойства.

Средневековые эскулапы уверяли, что жизненно важным было очищение воздуха. В трактате, написанном врачом XIV века Иоанном Бургундским, описано, что уксус служил как дезинфицирующим средством, так и лекарством. Вместе с ветками можжевельника и другими пахучими веществами уксус очищал воздух от вредных миазмов. Довольно часто людей призывали мыть руки и лица уксусом и розовой водой.

Нет свежему молоку

Большинство средневековых крестьян владело коровой, овцой или козой. Они доили скот, производили молочные продукты, но средневековые европейцы не пили свежее молоко. Крестьяне употребляли прокисшее молоко, простоквашу или молочную сыворотку, смешанную с водой. Среди богатых существовал заменитель свежего молока — миндальное молоко. Немецкая поваренная книга Das Buch von guter Speise была опубликована в разгар Великой чумы, и почти каждый четвертый рецепт включал использование миндального молока. В одном описывалось блюдо, в состав которого входили вареная курица, рис, сахар, миндальное молоко. Десерт состоял из клубники, вина и того же миндального молока. Оно использовалось для лечения больных. Врачи считали, что такое молоко усваивается легче, чем целый миндаль, и может дать больному все питательные элементы.Миндаль, однако, был дорогим и доступным только для обеспеченных людей.

Читайте также:  Построить дом из бруса своими руками без опыта строительства: пошаговая инструкция, проекты

Никаких свежих фруктов

Во время эпидемий чумы употребление в пищу свежих фруктов крайне не поощрялось. Считалось, что они несут в себе болезнь. Это убеждение было настолько распространено, что английские врачи в 1569 году вообще запретили поставлять их продажу. Это, однако, не значит, что средневековые европейцы их не ели. Самыми популярными были груши, яблоки, сливы, вишня и клубника.

Разнообразные мясные продукты

Мясо употреблялось в пищу во всей средневековой Европе, и хотя продавалось различное мясо, его разнообразие определялось социально-экономическим статусом. Говядина и баранина были самыми дешевыми и, соответственно, самыми распространенными. У аристократии, конечно же, было гораздо более разнообразное меню. Павлины, тюлени и морские свиньи подавались на обед вместе с кабанами и другой дичью.

Вареные овощи

Европейцы боялись сырых овощей, считая, что они вызывают болезни. В 1500 году поваренная книга, озаглавленная The Boke of Kervynge, предупреждала поваров: «Остерегайтесь зеленых салатов и сырых фруктов, потому что от них ваш хозяин заболеет». Историки обнаружили записи торговцев, продающих специальные чистящие средства для овощей. Средневековые крестьяне выращивали обычную морковку, капусту, горох. Фрукты могли себе позволить более богатые.

Пир во время чумы

А. С. Пушкин. Пир во время чумы

Александр Пушкин

(Из вильсоновой трагедии: The city of the plague 1)

Улица. Накрытый стол. Несколькопирующих мужчин и женщин. Почтенный председатель! я напомню
О человеке, очень нам знакомом,
О том, чьи шутки, повести смешные,
Ответы острые и замечанья,
Столь едкие в их важности забавной,
Застольную беседу оживляли
И разгоняли мрак, который ныне
Зараза, гостья наша, насылает
На самые блестящие умы.
Тому два дня наш общий хохот славил
Его рассказы; невозможно быть,
Чтоб мы в своем веселом пированье
Забыли Джаксона! Его здесь кресла
Стоят пустые, будто ожидая
Весельчака — но он ушел уже
В холодные подземные жилища…
Хотя красноречивейший язык
Не умолкал еще во прахе гроба;
Но много нас еще живых, и нам
Причины нет печалиться. Итак,
Я предлагаю выпить в его память
С веселым звоном рюмок, с восклицаньем,
Как будто б был он жив.                                         Он выбыл первый
Из круга нашего. Пускай в молчанье
Мы выпьем в честь его.                                         Да будет так! Твой голос, милая, выводит звуки
Родимых песен с диким совершенством;
Спой, Мери, нам уныло и протяжно,
Чтоб мы потом к веселью обратились
Безумнее, как тот, кто от земли
Был отлучен каким-нибудь виденьем.

Было время, процветала
В мире наша сторона:
В воскресение бывала
Церковь божия полна;
Наших деток в шумной школе
Раздавались голоса,
И сверкали в светлом поле
Серп и быстрая коса.

Ныне церковь опустела;
Школа глухо заперта;
Нива праздно перезрела;
Роща темная пуста;
И селенье, как жилище
Погорелое, стоит, —
Тихо все. Одно кладбище
Не пустеет, не молчит.

Поминутно мертвых носят,
И стенания живых
Боязливо бога просят
Упокоить души их!
Поминутно места надо,
И могилы меж собой,
Как испуганное стадо,
Жмутся тесной чередой!
Если ранняя могила
Суждена моей весне —
Ты, кого я так любила,
Чья любовь отрада мне, —
Я молю: не приближайся
К телу Дженни ты своей,
Уст умерших не касайся,
Следуй издали за ней.
И потом оставь селенье!
Уходи куда-нибудь,
Где б ты мог души мученье
Усладить и отдохнуть.
И когда зараза минет,
Посети мой бедный прах;
А Эдмонда не покинет
Дженни даже в небесах!

Благодарим, задумчивая Мери,
Благодарим за жалобную песню!
В дни прежние чума такая ж, видно,
Холмы и долы ваши посетила,
И раздавались жалкие стенанья
По берегам потоков и ручьев,
Бегущих ныне весело и мирно
Сквозь дикий рай твоей земли родной;
И мрачный год, в который пало столько
Отважных, добрых и прекрасных жертв,
Едва оставил память о себе
В какой-нибудь простой пастушьей песне,
Унылой и приятной… Нет, ничто
Так не печалит нас среди веселий,
Как томный, сердцем повторенный звук! О, если б никогда я не певала
Вне хижины родителей моих!
Они свою любили слушать Мери;
Самой себе я, кажется, внимаю,
Поющей у родимого порога.
Мой голос слаще был в то время: он
Был голосом невинности…                                                 Не в моде
Теперь такие песни! Но все ж есть
Еще простые души: рады таять
От женских слез и слепо верят им.
Она уверена, что взор слезливый
Ее неотразим — а если б то же
О смехе думала своем, то, верно,
Все б улыбалась. Вальсингам хвалил
Крикливых северных красавиц: вот
Она и расстоналась. Ненавижу
Волос шотландских этих желтизну. Послушайте: я слышу стук колес!

Едет телега, наполненная мертвыми телами.Негр управляет ею.
Ага! Луизе дурно; в ней, я думал,
По языку судя, мужское сердце.
Но так-то — нежного слабей жестокий,
И страх живет в душе, страстьми томимой!
Брось, Мери, ей воды в лицо. Ей лучше. Сестра моей печали и позора,
Приляг на грудь мою.

                                        Ужасный демон
Приснился мне: весь черный, белоглазый….
Он звал меня в свою тележку. В ней
Лежали мертвые — и лепетали
Ужасную, неведомую речь….

Скажите мне: во сне ли это было?
Проехала ль телега?                                 Ну, Луиза,
Развеселись — хоть улица вся наша
Безмолвное убежище от смерти,
Приют пиров, ничем невозмутимых,
Но знаешь, эта черная телега
Имеет право всюду разъезжать.

Мы пропускать ее должны! Послушай,
Ты, Вальсингам: для пресеченья споров
И следствий женских обмороков спой
Нам песню, вольную, живую песню,
Не грустию шотландской вдохновенну,
А буйную, вакхическую песнь,
Рожденную за чашею кипящей. Такой не знаю, но спою вам гимн
Я в честь чумы, — я написал его
Прошедшей ночью, как расстались мы.

Мне странная нашла охота к рифмам
Впервые в жизни! Слушайте ж меня:
Охриплый голос мой приличен песне. Гимн в честь чумы! послушаем его!
Гимн в честь чумы! прекрасно! bravo! bravo!

Когда могущая Зима,
Как бодрый вождь, ведет сама
На нас косматые дружины
Своих морозов и снегов, —
Навстречу ей трещат камины,
И весел зимний жар пиров.

Царица грозная, Чума
Теперь идет на нас сама
И льстится жатвою богатой;
И к нам в окошко день и ночь
Стучит могильною лопатой….
Что делать нам? и чем помочь? Как от проказницы Зимы,
Запремся также от Чумы!
Зажжем огни, нальем бокалы,
Утопим весело умы
И, заварив пиры да балы,
Восславим царствие Чумы.

Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы. Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья —
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог. Итак, — хвала тебе, Чума,
Нам не страшна могилы тьма,
Нас не смутит твое призванье!
Бокалы пеним дружно мы
И девы-розы пьем дыханье, —
Быть может… полное Чумы!

Читайте также:  Как приклеить плитку на гипсокартон?

Безбожный пир, безбожные безумцы!
Вы пиршеством и песнями разврата
Ругаетесь над мрачной тишиной,
Повсюду смертию распространенной!
Средь ужаса плачевных похорон,
Средь бледных лиц молюсь я на кладбище,
А ваши ненавистные восторги
Смущают тишину гробов — и землю
Над мертвыми телами потрясают!
Когда бы стариков и жен моленья
Не освятили общей, смертной ямы, —
Подумать мог бы я, что нынче бесы
Погибший дух безбожника терзают
И в тьму кромешную тащат со смехом. Он мастерски об аде говорит!
Ступай, старик! ступай своей дорогой! Я заклинаю вас святою кровью
Спасителя, распятого за нас:
Прервите пир чудовищный, когда
Желаете вы встретить в небесах
Утраченных возлюбленные души.
Ступайте по своим домам!                                                 Дома́
У нас печальны — юность любит радость. Ты ль это, Вальсингам? ты ль самый тот,
Кто три тому недели, на коленях,
Труп матери, рыдая, обнимал
И с воплем бился над ее могилой?
Иль думаешь, она теперь не плачет,
Не плачет горько в самых небесах,
Взирая на пирующего сына,
В пиру разврата, слыша голос твой,
Поющий бешеные песни, между
Мольбы святой и тяжких воздыханий?
Ступай за мной!                             Зачем приходишь ты
Меня тревожить? Не могу, не должен
Я за тобой идти: я здесь удержан
Отчаяньем, воспоминаньем страшным,
Сознаньем беззаконья моего,
И ужасом той мертвой пустоты,
Которую в моем дому встречаю —
И новостью сих бешеных веселий,
И благодатным ядом этой чаши,
И ласками (прости меня, господь)
Погибшего, но милого созданья…
Тень матери не вызовет меня
Отселе, — поздно, слышу голос твой,
Меня зовущий, — признаю усилья
Меня спасти… старик, иди же с миром;
Но проклят будь, кто за тобой пойдет! Bravo, bravo! достойный председатель!
Вот проповедь тебе! пошел! пошел! Матильды чистый дух тебя зовет! Клянись же мне, с поднятой к небесам
Увядшей, бледною рукой — оставить
В гробу навек умолкнувшее имя!
О, если б от очей ее бессмертных
Скрыть это зрелище! Меня когда-то
Она считала чистым, гордым, вольным —
И знала рай в объятиях моих…
Где я? Святое чадо света! вижу
Тебя я там, куда мой падший дух
Не досягнет уже…                                 Он сумасшедший, —
Он бредит о жене похороненной! Пойдем, пойдем…                                 Отец мой, ради бога,
Оставь меня!                         Спаси тебя господь!
Прости, мой сын. Уходит. Пир продолжается.Председатель остается, погруженный

в глубокую задумчивость.

Почему «пир во время чумы» — повышает шансы на здоровье

Выражение «Пир во время чумы» произошло из поэмы не очень известного английского писателя Джона Вильсона. Поэма так и называется «Чумной город» или «Город чумы». В ней описаны ужасы эпидемии чумы в Лондоне в 1666 году. Считается, что вспышка болезни унесла тогда 20% населения Лондона. Болезнь оставила в памяти многих поколений Великий Страх. Вильсон же написал свою поэму спустя 100 лет. Правда, современники очень критиковали это произведение Вильсона. И как раз за сцену пира в чумном Лондоне.

Герои поэмы — молодые, весельчаки и оптимисты прибывают в Лондон, где эпидемия набирает силу, и попадают, что называется, в самую гущу трагедии. Смертельная болезнь косит всех направо и налево. Перед опасностью бессильны и бедные, и богатые.

Бродяги на улицах сбиваются в толпы и спорят о том, какой бы дом разграбить в первую очередь. Священник взывает к совести, порою тщетно. Постоянно кого-то хоронят.

И вот в эдаком беспределе, хаосе и страхе герои романа – два молодых офицера и несколько присоседившихся к ним бражников устраивают, как бы мы выразились сегодня, вечеринку. Они пьют, едят, шутят и всячески бодрятся. Тут к ним является священник и начинает их стыдить.

Что, дескать, вы творите? Когда кругом такая беда – как смеете вы веселиться? Ваши умершие родственники и друзья не поймут вашего веселья. Почему вы не в трауре? Да ведь и сами вы можете умереть в любой миг. Как же, мол, нехорошо так себя вести.

И тут молодые люди сразу же теряются, настроение у них портится и пир весь сходит на нет.

Кстати, современники как раз и упрекали Вильсона за то, что его герои так быстро «ведутся» на уговоры священника. Читателям 18 века показалось такое поведение неубедительным и слишком идеальным. Были, конечно, и другие претензии. Все сходились во мнении, что поэме не хватает реалистичности.

Интерес к поэме пропал, а вот выражение: «Пир во время чумы» осталось и прижилось. Чему в немалой степени способствовал наш многоуважаемый Александр Сергеевич Пушкин. Ведь он на основе поэмы Вильсона создал своё произведение – четвёртую маленькую трагедию «Пир во время чумы» Собственно Пушкин просто перевёл Вильсона.

А вот почему же Пушкина так взволновала тема самоощущения человека в момент стихийного мора?

Оказывается, будучи в Болдино в 1830 году Александр Сергеевич наблюдал эпидемию холеры. В письмах он называет её чумой, но это всё же была холера.

Ныне церковь опустела.Школа глухо заперта.Нива праздно перезрела.Роща тёмная пуста.И селенье, как жилищеПогорелое стоит.Тихо всё. Одно кладбищеНе пустеет, не молочит.Строки из пушкинского «Пира во время чумы»

То есть находясь, так сказать, под впечатлением от масштабности заболевания поэт и обратился к «Чумному городу» Вильсона.

Так можно ли веселиться, когда кругом только и слышно о болезнях и опасности заражения? Герои Пушкина отвечают на попрёки священника так.

Есть упоение в бою.И бездны мрачной на краю.И в разъярённом океане.Средь грозных волн и бурной тьмы.И в аравийском урагане.И в дуновении Чумы.

Правы ли герои поэмы Вильсона и Пушкина?

Современная наука пришла к выводу, что «пировать» не только можно, но и нужно! Одно из непременных условий сильного иммунитета и хорошей сопротивляемости всем болезням без исключения – это смех и хорошее настроение. В сущности, это единственное оружие, которое человек противопоставлял опасности и бедам всегда. Так уж повелось с глубокой древности и это работает.

Ведь страх – это прежде всего сильнейший стресс! А при стрессе выделяются кортикостероидные гормоны. Большие дозы этих гормонов серьёзно снижают иммунитет.

В США наблюдали группу испытуемых – не большую — всего 100 человек. Но зато наблюдения вели в течении 5 лет. Цель эксперимента состояла в том, чтобы понять насколько сопротивляемость организма зависит от стрессового фактора.

Оказалось, что те участники эксперимента, кто много и часто нервничал, тревожился, боялся или получал негативные известия, заболевали в 3 раза чаще людей с относительно спокойной психикой. А меньше всех болели счастливчики – умеющие радоваться каждому пустяку и смеяться без повода.

Ощущение радости, умиротворения говорит о том, что вырабатываются гормоны – эндорфины, которые приводят организм в состояние баланса.

Иммунитет не повышают таблетки и микстуры. Иммуностимуляторы в большинстве своём маркетинговый ход и только.

  • Зато здоровье укрепляют такие простые вещи как
  • · Яркий солнечный свет – природный антисептик.
  • · Хороший крепкий, безмятежный сон – не менее 7 часов.
  • · Качественное питание – достаточное количество полноценного белка.

· Продукты, содержащие цинк и селен. Чемпионом является чеснок, который не зря римские воины носили в качестве амулета.

  1. · Работает перга – отличное бактерицидное средство (о том, как принимать пергу с лечебной и профилактической целью в нашем блоге есть статья)
  2. · Очень хорошо пить хотя бы по стакану в день воду с отрицательным ОВП (о свойствах этой уникальной воды тоже есть статья)
  3. · И самое главное поменьше допускать в свою жизнь негатива и дурных, а порою и глупых новостей.
  4. Спасибо за внимание, уважаемый читатель!
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector